Бесплатный вебинар
«Методы клинической медицины для лечения цистита»
25 ноября в 16-00 (МСК)
Записаться Нет, спасибо

Формирование транса. Контролирование боли

Боль — замечательная вещь, полезнейшая вещь в нужный момент времени, но потом она теряет свое значение и становится бесполезной. Это правило приложимо и к множеству других явлений. Небольшое выделение адреналина в случае опасности может быть очень полезно, но слишком обильное выделение адреналина, не соответствующее возникшей проблеме, может привести к недееспособности.

Если произошло что-то простое, требующее усиленного напряжения, например, если нужно поднять перевернувшуюся машину — большое количество адреналина вовсе не помешает. Но если задача требует точной координации движений — например, если нужно подвести часы или вставить ключ в замочную скважину, обильное выделение адреналина производит разрушительное действие.

Для того, чтобы справиться с болью, я предусматриваю такой контекст, в котором естественной реакцией будет отсутствие болезненных ощущений. Таков всеобъемлющий принцип гипноза: следует создать контекст, в котором желательная для гипнотизера реакция будет естественной реакцией для пациента.

На этот счет есть классический рассказ Эриксона о контролировании боли. К нему направили женщину, умирающую от рака. Эриксон находился в больнице, поэтому женщину положили на каталку и привезли прямо в кабинет к Эриксону. Пациентка посмотрела на него и сказала: «Это самая нелепая вещь в моей жизни — я не понимаю, что со мной делают? Доктор направил меня к вам, и сказал, что вы сможете что-нибудь сделать с моей болью. Таблетки мне не помогают. Операция мне не помогла. Как же вам удастся справиться с моей болью с помощью слов?» Эриксон поглядел на нее, катаясь взад и вперед на своем кресле с колесами, и подстроился к ее ожиданиям следующим образом: «Вас привезли сюда, потому что ваш доктор сказал, чтобы вас сюда привезли, и вы не понимаете, как могут слова помочь вам контролировать свою боль. Таблетки совершенно не облегчили ваших страданий. Операция совершенно не помогла вам. И вы думаете, что это самая нелепая случайность в вашей жизни — то, что вас привезли сюда. Хорошо позвольте мне задать вам один вопрос. Если вот эта дверь внезапно распахнется… и вы взглянете туда, и увидите чудовищного тигра… свирепого облизывающегося… и уставившегося только на вас…- как вы думаете, вы будете ощущать сильную боль?»

Таким образом Эриксон предусмотрел контекст, в котором никакой человек не станет думать о своей боли. Боль просто перестанет существовать, если вас вот-вот сожрет тигр. Переживание, при котором исчезает всякая боль, может быть использовано в качестве якоря и продлено, как особое измененное состояние. Эриксон сказал: «Позже доктора никак не могли понять, что все это значит — эта женщина говорила им, что у нее под кроватью лежит тигр, и она слышит, как он там урчит».

Существует огромное множество различных способов обеспечить контролирование боли. Если речь идет о физиологической боли, вы должны придумать нечто такое, что отвлечет внимание пациента и заставить его не замечать боли. Пойдите к дантисту и попросите его посверлить ваш больной зуб. Когда он заденет нерв, сигнал о физиологической боли пройдет по вашим нервам в мозг и ваш мозг скажет: «Ай-Ай!». Такое бывает. Но существуют люди, которые идут к дантисту, не прибегая к новокаину, и все равно ничего не чувствуют. Они ничего не знают о гипнозе. Но любой дантист подтвердит вам этот факт. Зубной врач просверливает насквозь их нервы, а они никак не реагируют. Когда я последний раз был у дантиста он сказал: «Я этого никогда не пойму. Мне самому больно смотреть, а они ничегошеньки не чувствуют!» Какие люди способны на это? — только те, у которых кинестетические переживания полностью вытеснены из сознания. Эти люди не испытывают никаких физиологических ощущений, поэтому они не чувствуют и боли. На них может подействовать только одно средство — нужно положить их руку на горячую плиту. Когда рука поджарится до самого локтя, может быть, они заметят происходящее. Такие люди проявляют тенденцию обдирать себе колени и наталкиваться на всякие предметы, потому что их сознание не воспринимает кинестетические переживания, и они не научились быть осторожными. В качестве особой стратегии контролирования боли вы можете сделать человека таким, ввести его в подобное состояние.

Вы постоянно должны задавать себе такие вопросы: «Чего именно я хочу?» и «Как сделать, чтобы это произошло естественным путем, само собой?» Существуют определенные контексты, в которых человек сохраняет ориентацию и наблюдательность, и чувствует все кроме боли. У вас когда-нибудь болела рука? Случалось ли вам так порезать палец, чтобы он действительно здорово разболелся? И за то время, как ваш палец буквально пульсировал от боли, случалось, ли вам, по какой-либо причине, забыть о своем пальце? В каком контексте это происходило?

Мужчина: Когда я был в опасности.

Именно. Опасность — это классический пример. Но для большинства людей для этого не нужно даже опасности. Единственное, что им нужно — это отвлечься чем-нибудь. Количество внимания, на которое способно человеческое сознание, весьма ограничено. Есть правило, по которому все люди способны обрабатывать максимум на 7-2 канала информации. Если вы хотите, чтобы человек отвлекся, займите все девять информационных каналов. Займите его чем-нибудь еще — чем угодно. Однажды я работал с мужчиной, страдающим от жестокой боли. С ним произошло какое-то несчастье, в результате которого возникла внутренняя травма. Я не вникал в медицинские подробности, но в этом случае была какая-то физическая причина, по которой этот человек вынужден был переносить боль. Он пришел ко мне и попросил применить гипноз. Я ответил, что не знаю, смогу ли я помочь ему справиться с болью. Я применил гипнотическую процедуру, которая прекрасно действовала, но только на людей развитых, с большим жизненным опытом, образованных и при этом достаточно откровенных и прямодушных. Я не знал заранее каков этот пациент. Я сказал ему: «Видите ли, самые развитые и образованные люди — отличаются тем, что способны воспринимать одни и те же вещи с различных точек зрения».

Между прочим, если верить Жану Пиаже,* это действительно так. Итак, я изложил этому человеку теорию Пиаже и проверил уровень образованности, его умственные способности. Согласно с теорией Пиаже, быть образованным, разумным человеком значит уметь объяснить, как будут выглядеть одни и те же вещи с различных точек зрения, в разных контекстах.

Если я хочу проверить умственные способности ребенка, я могу взять, например кусочек дерева и наперсток. Я попрошу ребенка подойти, покажу ему наперсток, а потом положу кусочек дерева так, чтобы ребенок не видел за ним наперстка. Потом я спрошу: «Есть что-нибудь за деревянным кубиком?» Если ребенок скажет: «Нет», значит это не очень-то «развитый» ребенок. «Развитый» ребенок может представить себе спрятанный наперсток, кроме того, он может увидеть и наперсток, и деревянный кубик так, как если бы он смотрел на них с другой стороны. Проверяющий спрашивает буквально следующее «Как бы это выглядело, если бы вы посмотрели на это с другой стороны?» Чем лучше вы можете представлять себе вещи с различных точек зрения, тем вы более «развитый» и образованный человек.

Одним из следствий такого способа так представлять себе вещи является то, что вы диссоциируете, разобщаете себя и свои ощущения. На этом основаны некоторые современные методы обучения детей и развития их способностей. Детей учат развиваться и диссоциировать себя и свои ощущения потому что именно этот процесс приводит к тому, что называется «способностями». Я попросил своего пациента пойти домой и попрактиковаться, потому что на следующей неделе я хочу подробно испытать его и выяснить, является ли он развитым и образованным человеком. Ему нужно было сделать следующее: увидеть себя лежащим на кровати — сначала представить себе, что он смотрит из одного угла комнаты, потом из другого, а затем из любой точки между этими углами. Я сказал ему, что на следующей неделе я выберу какую-либо случайную точку зрения и попрошу его описать в подробностях все, что он видит. Я сказал ему, что измерю разницу между действительным углом зрения и тем углом зрения, под которым он будет представлять себе происходящее, и вычислю степень его образованности. Он ушел домой, и, когда он пришел на следующей неделе, он справился со своей задачей. Он работал над ней терпеливо и методически. При этом им двигали самые серьезные побуждения: он хотел, чтобы я его вылечил, и надеялся, что я смогу помочь ему. И когда он пришел, то сказал мне: «Вы знаете, произошла странная вещь — всю эту неделю я чувствовал, что боль как будто уменьшилась». Дать кому-нибудь подходящее задание — еще один способ контролирования боли. Есть и другие, весьма причудливые методы. Погрузив пациента в состояние транса, вы можете делать все, что угодно, лишь бы в ваших выражениях предполагалось, что боль исчезнет. Как-то раз я сказал одному из своих пациентов: «Я хочу говорить с вашим Мозгом. Как только Мозг будет готов говорить со мной, и ни одна часть сознания не будет знать о том, что происходит, пусть рот откроется и скажет: «Есть». Пациент сидел минут двадцать, а потом сказал: «Есть». Я сказал: «Прекрасно Мозг, но ты заблуждаешься, боль очень ценная вещь. Она позволяет тебе узнать, когда именно следует обратить внимание на то, что происходит. Тут уже обратил внимание настолько, насколько это было возможно, на случай, причинивший эту боль. И для того, чтобы ты мог обратить внимание на другие вещи, которыми тоже следует заняться, наступило время отключить эту боль». Он сказал: «Есссть!» и закончил: «Отключи теперь эту боль, и пусть она возвращается только тогда, когда в этом возникнет необходимость — и не раньше».

Как видите, у меня не было ни малейшей идеи относительно того, что все это значит, но это звучало так логично, причем все время предполагалось, что мозг способен сделать то, о чем я его прошу. После этого внушения боль больше никогда, не возникала.

Рейтинг темы
Рейтинг статьи
Просмотров: 3064
Подписка на новости портала

Интересное по теме

Комментарии